История одного байта
Предисловие.
Этот рассказ имеет свою длинную историю. Для многих это, возможно, будет махровый баян, но мне кажется он стоит того, что бы его прочитали новые люди.
Во всех источниках, где я встречал его сведения об авторе были просты и незатейливы: [C] Dmitry Galuscenko. Если кто-то может указать сайт или e-mail — напишите в комментариях, я с удовольствием добавлю.
Итак, начнем.
Мне не хватало байта. Всего одного. Да, да. Того самого, что из восьми бит состоит. Что? Hет, я не псих, хотя одному богу известно, сколь тонкой была граница отделявшая меня от этого состояния. Hо все по порядку.
Я программер. Но не просто программер. Я принадлежу к касте, которую иногда называют системщиками, иногда кристальщиками. Вы знаете, что это такое? Я объясню, если потерпите. Мне никак не обойтись без специфики, но иначе вы не сможете понять дальнейшее.
Мы программируем чипы однокристаллки, грубо говоря, это когда весь комп в одном кристалле. Программная память и память данных разделены и не взаимодействуют между собой. Программа не может быть запущена в оперативке. Глубина программного стека ограничена. Максимум на что я могу рассчитывать, это восемь уровней вложения, причем я не могу изменять предельную глубину стека. О, вы не подумайте чего! У меня бездна ресурсов. Оперативки аж 128 байт! Это на все про все. Переменные, там то да се.. Представили, да? С программной памятью тоже неплохо. Аж восемь килобайт. И пользоваться ей совсем несложно. Сначала нужно программно врубить нужный банк памяти, запустить в нем нужную процедуру, а по выходе из нее не забыть вернуться где был. Да еще надо иметь в виду, что в пределах банка я могу перемещаться только джампами и вызовами процедур, а переходы по условиям возможны только в пределах одной страницы, т.е. 256 байт.
